или История о том, как группа, находившаяся в состоянии полного распада, сумела возродиться и записать альбом-бестселлер, разошедшийся миллионными тиражами по обе стороны Атлантики.

Группа Human League образовалась в 1977 году в Шеффилде (Великобритания). Её основали Мартин Вэйр и Ян Марш (Martyn Ware, Ian Craig Marsh). Они были программистами, любителями электронной музыки в духе Kraftwerk. Первоначально их проект назывался The Dead Daughters («мёртвые дочери») и начинался с одного-единственного синтезатора Korg 700S. Вскоре в проект добавились новые клавишные инструменты.

Музыкантам понадобился вокалист, и в конце концов в этом качестве утвердился школьный приятель музыкантов Филипп Оуки (Philip Oakey), который в тот момент работал охранником. Оуки не умел петь, но имел привлекательную внешность, не был музыкантом, но имел саксофон на котором не умел играть.

Он предложил заменить название на Human League («лига разумных существ»), позаимствовав его из компьютерной игры Starforce: Alpha Centauri.

В этом составе группа заключила первый контракт, в июне 1978 года выпустила первый сингл. Тем же летом после одного из концертов  в группу влился новый участник, Филип Райт (Philip Adrian Wright) – его приняли в качестве фотографа и ответственного за визуальную сторону творчества.

Сперва дела шли неплохо. Через год Human League выпустили мини-альбом, перешли на лейбл Virgin и даже выступали на разогреве у Игги Попа в его европейском туре. В августе 1979 года фирма Virgine выпустила первый альбом группы, “Reproduction” – впрочем, не имевший большого успеха. Но следующий альбом был уже №16 в британских чартах, а группа попала в телепрограмму Top Of The Pops.

Несмотря на эти успехи в группе зрел конфликт: Вэйр и Марш стремились играть более экспериментальную музыку, а Оуки настаивал на коммерческом танцевальном звучании. В октябре 1980-го Вэйр и Марш ушли из группы, чтобы основать успешный электронный проект Heaven 17. Попытки менеджера Боба Ласта (Bob Last) примирить обе стороны не удались.

При уходе Вэйра и Марша договорённости были такие: Филип Оуки оставляет за собой название Human League, но в нагрузку получает все долги группы – обязательства перед лейблом по выпуску альбома и по гастрольному туру. Вдобавок Оуки обязуется выплатить Вэйру и Маршу определённый процент от прибыли с ближайшего студийного альбома Human League. Как оказалось позже, они не прогадали.

Оуки оказался в незавидном положении. Второй участник группы Филип Райт лишь чуть-чуть играл на синтезаторе, а через десять дней должны были начаться европейские гастроли.

Чтобы хоть как-то выступить с концертами, Оуки решил пригласить сессионных музыкантов и дал объявления в газеты. В одном из ночных клубов Шеффилда он познакомился с двумя молодыми девушками – Сьюзан Энн Салли (Susan Ann Sulley)  и Джоан Катералл (Joanne Catherall). Он пригласил их на бэк-вокал и подтанцовку, хотя они не умели ни того, ни другого, к тому же пришлось брать разрешения родителей девушек, потому что они ещё не были совершеннолетними. Вдобавок он позвал профессионального музыканта Яна Бёрдена (Ian Burden). В этом составе Human League дали серию концертов. Публика, неожиданно увидевшая на концерте новый состав группы, была разочарована. Гастроли прошли на грани провала, газеты издевались над «Филипом Оуки и его танцующими девушками».

У Оуки ещё оставался долг перед лейблом Virgine по выпуску студийного альбома, но на тот момент – в январе 1981 года – Human League снова оказались в разобранном состоянии: девушки вернулись учиться в школу, а Бёрден остался в Западном Берлине играть на гитаре и бас-гитаре.

Но Оуки и его менеджер не собирались сдаваться. Через лейбл они заполучили себе в союзники продюсера-аранжировщика-звукорежиссёра Мартина Рашента (Martin Rushent, на фото в наши дни).

Рашент был одним из первых независимых британских продюсеров – то есть не состоявших в постоянном штате какой-либо студии. Он родился в 1948-м, увлёкся звукозаписью ещё в 14-летнем возрасте, а позже, после того, как его группа записывала демо в студии Abbey Road, Мартин устроился ассистентом звукорежиссёра к продюсеру Тони Висконти (Tony Visconti). В 1970-е Рашент в качестве звукорежиссёра работал с T-Rex, ELP, Yes  и многими другими исполнителями. Все заработанные деньги он вкладывал в строительство домашней студии, которую назвал Genetic Sound Studios. В те годы это была одна из первых полноценных домашних студий.

Рашент: «Там была одна из самых больших контрольных комнат того времени. Около десяти метров в ширину и восьми в длину, это обычный размер тогдашних комнат для записи, а комната для записи была лишь немного больше контрольной комнаты. Так было потому, что я делал всё больше и больше работы в контрольной комнате, в ней я держал все синтезаторы и электронные приборы, которые покупал».

В студии Genetic был 32-канальный пульт MCI, о котором Рашент до сих пор говорит с восхищением, 24-дорожечные магнитофоны Otari, встроенные в бетонную стену мониторы JBL-160 и серьёзная коллекция синтезаторов. К сожалению, фотографии студии того времени не сохранились – они сгорели во время пожара в доме Рашента.

Рашент: «Звучание там было потрясающее. Мне нужна была громко звучащая контрольная комната, чтобы я мог выстроить такой уровень звука, как на концерте или в танцевальном клубе».

Первым делом Рашент  перебрался с Human League из студии Monumental Studios в Шеффилде, которую им приходилось делить с Вэйром и Маршем – что нервировало обе стороны -  в свою домашнюю студию. В январе-феврале 1981 года Оуки, Рашент и Райт записали две песни – ‘Boys & Girls’ (№47 в Британии) и ‘The Sound Of The Crowd’ (№12). Именно в ‘The Sound Of The Crowd’ появился ставший позже фирменным знаком саунд Human League. Эта песня стала первым студийным опытом для Сьюзан Энн Салли  и Джоан Катералл в качестве вокалисток.

Human League — ‘The Sound Of The Crowd’ (апрель 1981г):

Запись полноценного альбома Human League начали в марте того же года. Менеджер Боб Ласт дополнил команду профессиональным гитаристом-аранжировщиком-композитором Джо Кэллисом (Jo Callis) и вернул из Германии Яна Бёрдена. Они оба очень быстро освоились с синтезаторами. В процессе записи использовались клавишные инструменты Casio M10, Casio VL-1, Korg 770, Korg Delta, Roland Jupiter-4, Roland MC-8, Roland System 700, Yamaha CS-15 и ритм-машина Linn LM-1. «Живые» барабаны не записывались.

На фото: Human League образца 1981 года, слева направо  — Jo Callis, Joanne Catherall, Phil Oakey, Adrian Wright, Susan Sulley, Ian Burden

Рашент: «В то время создание электронной музыки было серьёзным сложным делом, особенно в моём случае. Чтобы получить нужный мне звук, я записывал много наложений – одну мелодическую линию я мог играть на 24 синтезаторах, всё аналоговое, всё постоянно расстраивалось. Приходилось записывать часами и часами, я сейчас не понимаю, как вообще что-то могло получаться».

Специального плана, какой-либо концепции и готового материала не было. За основу решили взять звучание группы Abba, которая всегда нравилась Оуки, сделать что-то похожее, но в синтезаторном исполнении.

Рашент: «Думаю, что (для Оуки) главной задачей было то, как группа выглядит. Для Фила это было очень важно, он хотел сделать «новую электронную АББА». Возможно, он хотел получить более мрачное звучание, чем то, которое получилось в итоге, и лучший пример тому – песня ‘Don’t You Want Me’. Когда я её впервые услышал, это была лишь половина песни, очень, очень приблизительный набросок. Так было со всеми песнями – они были написаны лишь на половину или вообще сперва состояли из одного риффа. Ну, вы понимаете: “ О, это классный рифф, давайте сделаем из него песню”, и все вкладывали свои идеи».

Рашент обычно начинал работу над аранжировкой  с основной партии ритм-машины. Потом добавлял синтезаторный бас, и к этому времени была готова основная мелодия для вокала. Записывали синтезаторы и вокал, и в затем добавляли сбивки ударных. В конце дописывали окончательные партии клавишных и иногда переписывали вокал заново.

Рашент: «В случае с песней Don’t You Want Me вокал был записан рано. Просто потому, что ударные и бас уже были готовы и была хорошая партия синтезаторов, но были проблемы с Филом и девушками. Ну, я сказал: “Давайте запишем вокал прямо сейчас”.  Потом, когда они (Оуки и вокалистки) ушли, мы с Джо (Кэллисом) закончили песню. (…) Фил отличный вокалист. Его голос очень чёткий, очень «микрофонолюбивый», легко записывать. Три дубля, монтаж – и всё готово. Я использовал микрофон Neumann U77, и иногда мы записывали вокал в туалете. Как в песне Don’t You Want Me. Почему-то голос Фила звучал хорошо именно там. Помню, я сказал Джо: “Почему бы не смыть унитаз, когда он поёт?” Записали три дубля и Фил сказал: “Мартин, что-то не то. Может унитаз капает? Ты ничего не слышишь на записи?”  Я ответил: “Нет, ничего. Джо, ты что-нибудь слышишь?” Джо сказал: “Нет”. Туалет «звучал» очень естественно, там были плитка, зеркала, фарфоровая сантехника, и он был маленький. Естественная реверберация, резонансы, особенно хорошие для хлопков в ладоши и вокала, это хорошо звучало. Я записывал там вокал Фила, и он сам прикалывался, записываясь там. Думаю, что покупая пластинку (Human League) с самыми главными их хитами, вы не подозреваете, что вокал записывался в каком-то туалете! Мне нравится в этом ирония».

Если записывать вокал Оуки было легко, то с вокалистками всё обстояло совершенно иначе. До лета они учились в школе и сдавали выпускные экзамены, а в студии появлялись лишь от случая к случаю.

Рашент: «Девушки – храни Господь их белые хлопчатобумажные носочки – были совершенно неопытные. И хотя сейчас обе они неплохие вокалистки, в то время по совершенно понятным причинам они очень нервничали – вознесение из школы и дискотеки в (телепрограмму) Top Of The Pop было для них нелёгким испытанием. Сьюзан из них двоих пела лучше, но потребовались многие, многие часы, чтобы записать её вокал в Don’t You Want Me».

Рашент записал около 60 дублей вокала Сьюзан, но ни один не был хорошим. В какой-то момент вдруг открылась дверь в студию и в неё со словом «Хэлло!» вошёл четырёхлетний сын Рашента, обутый в огромные старые отцовские ботинки. Сьюзан чуть не умерла от смеха, и её следующий дубль был таким, каким нужно.

Но, несмотря на все усилия Рашента, женский вокал звучал на любительском уровне, улучшить его не удалось.

Рашент: «Джо и Сью обе были совершенно неоперившимися вокалистками, они сделали так, как смогли, добавили шарм всему альбому. Будь у нас профессиональные вокалистки, этого не было бы. Напомню, для Фила очень важна была визуальная сторона, блондинка и брюнетка в современном стиле – это были ассоциации с Abba. Умели они петь или нет – ему это было неважно».

Рашент и Кэллис совместно закончили песню Don’t You Want Me, но когда готовый вариант послушали Оуки и вокалистки, он им не понравился. Оуки хотел более мрачного звучания.

Рашент: «Он сказал: “Нужно собраться всей группой. Мартин, это ужасно. Ты угробил песню”. Джо и я сидели рядом, я сказал: “Да, но это звучит как хит! Лучшая песня из всех, что мы сделали”. Он не соглашался. Тогда я сказал: “Слушай, я пошлю её Саймону Дрэперу (Simon Draper) и парням из (лейбла) Virgin, послушаем, что они скажут”. Так и сделали, и когда Саймон услышал песню, то впал в полный оргазм и экстаз, кричал “ Это великолепно! Вот! Вот оно!”»

Первый сингл с альбома – песня ‘Love Action (I Believe In Love)’ – вышел в июле 1981 года, поднялся на третье место в Британии и заставил прессу говорить о Human League. Воодушевлённый успехом, лейбл начал серьёзную рекламную кампанию ожидаемого альбома группы и дал проекту «зелёный свет».

Альбом “Dare!” («Дерзай!») появился в продаже 20 октября 1981 года. По настоянию Оуки дизайн обложки выполнили в стиле журнала «Вог». 7 ноября диск поднялся на первую строчку британского хит-парада альбомов, столкнув оттуда группу The Police и в январе 1982 года на три недели временно уступив эту позицию группе Abba. #3 в США, трижды «платиновый» в Великобритании. В британском хит-параде альбом оставался 77 недель. Альбом имел большой успех во Франции, Германии, Японии и Австралии.

Газеты писали, что этот альбом является новаторским в танцевальной музыке. Группа получила награду Brit Awards как «лучшая новая группа», а Рашент – как «лучший продюсер». На вечеринке после награждения пьяные Сьюзан и Джоан потеряли статуэтку группы, с того вечера её никто никогда не видел.

Для лейбла Virgin это был второй альбом на первой строчке британских чартов (первым был “Tubular Bells” Майкла Олдфилда, 1973г). Глава лейбла Ричард Брэнсон так расчувствовался, что подарил Оуки дорогой спортивный мотоцикл.

Human League, ‘Do or Die’ (январь 1982г):

На волне успеха и всемирного гастрольного тура у группы закружились головы – особенно у вокалисток. Рашент вспоминает, что в последующие месяцы Оуки был больше занят своим мотоциклом и дорогими стереосистемами, съёмками на телевидении и в видеоклипах. Девушки хотели вносить больше вклада в творчество, больше руководить процессом, но проблема была в том, что они не были музыкантами. Рашент занимался очередным студийным альбомом Human League (“Hysteria”), сделал основной объём работы, но этот диск закончил продюсер Хью Пэдхем (Hugh Padgham).

Рашент: «Это было трудное время. Как-то я целый день занимался бочкой и малым барабаном для новой песни, готовился записывать бас, пришли Сьюзан и Салли и сказали: “Мартин, нам нужно устроить собрание группы”. Я обернулся – там были только девушки и Фил, и я спросил: “Что случилось?”. Они сказали:“Ты слишком много времени занимаешься с барабанами”. Я ответил:”Ну и что? Меня это не волнует. Я продюсер. Я сам решаю, сколько времени заниматься барабанами. Я буду заниматься ими, пока они не зазвучат хорошо, так же как и всем остальным. Так же будет и с записью твоего вокала, Сью. Если понадобится три дня – значит три дня, и когда закончим, всё будет так, как надо”.  Она завопила:”Да-да,  а что ты знаешь о том, что действительно надо молодёжи?!” Я ответил: “Сью, подожди минуту. Поправьте меня, если я неправ, но разве альбом “Dare!” не стал «платиновым» во многих странах мира? Не я ли был его продюсером? Вот что я вам скажу: если вы считаете, что я не подхожу вам как продюсер, потому что не знаю потребностей рынка, то я умываю руки и ухожу в отставку. Решайте сами, что вам нужно”.  Я уехал в свою студию и больше не вернулся. В общем, слухи ходят разные, но никакого конфликта между мной и Салли не было. Я жив-здоров несмотря на то, что как-то однажды появился мой некролог».

Мартин Рашент больше не работал с Human League. В разные годы он сотрудничал с группами Stranglers, Buzzcocks, Fleetwood Mac, электронно-танцевальными Visage, Ultravox и  Spandau Ballet. Позже Рашент работал консультантом в лейбле Virgin, а в 1990-е активно занимался музыкой «рэйв» и танцевальными ремиксами.

В 1983 году группа номинировалась на Грэмми, но уступила команде Man At Work. После альбома “Hysteria” (1984г, №3 в Великобритании) из Human League ушли основной автор Джо Келлис и менеджер Боб Ласт, а после ухода в 1986-87 Яна Бёрдена и Филиппа Райта группа вступила в долгую полосу кризиса. В 1992 году лейбл Virgine разорвал контракт с Human League, но их очередной альбом “Octopus” всё же попал в лучшую британскую десятку.

В 2006 году журнал “Q” поместил “Dare!” на 19-ю строчку в символическом списке «Сорок лучших альбомов 1980-х». Журнал New Musical Express  по итогам голосований читателей отдал альбому 77-е место в списке ста лучших альбомов всех времён и народов.

Хотя сегодня общий тираж альбомов Human League превышает 20 миллионов, группе больше не удалось повторить успех “Dare!” и попасть с альбомом на первую строчку хит-парадов. Они записываются и выступают до сих пор,  но сегодня их популярность гораздо скромнее, чем в начале 80-х.

Очередной десятый студийный альбом Human League “Credo” ожидается  в марте 2011 года. Он записывается в студии группы в их родном Шеффилде. Официальный сайт группы — http://www.thehumanleague.co.uk/

The Human League – Night People, на сегодняшний день самая последняя работа группы, ноябрь 2010г:

В наше неспокойное время есть выбор для тех, кто ценит качество,  малоэтажное строительство – отличный способ не превысить бюджет для вашего будущего жилья и недвижимости.