Роман Литвинов, настолько часто называемый критиками главным эстетом и декадентом российской вселенной , что впору ему для подтверждения этих постоянно всплывающих эпитетов давно уже умереть от какого-нибудь наркотика (самого декадентного на данный момент) или порции свинца (весьма декадентно в любые времена), опять в центре внимания.

Новый альбом Mujuice «Downshifting» все прочнее становится эпицентром критики, как положительной, так и негативной – еще немного, и завтра сообщат, что Роман – новый мессия, кроме шуток.

Обласканный вниманием портала Pitchfork, нынешний Рома Литвинов стал похож на Джеймса Мерфи, если б тот чаще баловался героином, и остается верен своим предпочтениям в творчестве. Эта верность, наверное, и становится камнем преткновения – из стройного хора критиков постоянно звучит мощный гул: «Рома, прекрати петь!», который он успешно-демонстративно игнорирует.

Причин, по которым поднимается так много шума вокруг персоны Литвинова всего две, и обе вычленённые с его творчества – музыка (отдельно), и вокал/тексты (отдельно). Обычно критики расхваливают первое и не оставляют камня на камне по поводу второго. Из-за личных предпочтений и субъективности, я в данной рецензии, скорее всего, повторю этот путь – тем не менее постараюсь что-то объяснить, не прикрываясь доводами типа «да потому же!».

То, что делает Литвинов в рамках проекта Mujuice, безусловно, является электроникой высокого класса. С электроникой на пост-советском пространстве никогда не было гладко, поэтому Литвинова упорно заталкивают на пьедестал «главной надежды российской электроники», как будто опасаясь, что он может внезапно выдохнутся ну или перескочить на какой-нибудь дарк-эмбиент (с дарк-эмбиентом на пост-советском пространстве ведь тоже не все хорошо).

Трудно сказать, как это боготворение сказывается на чувстве собственного достоинства Романа и скоро ли ему будут мешать сидеть перья, торчащие сами знаете откуда. Сейчас же Литвинов, повторюсь, верен себе и не делает головокружительных прыжков вправо-влево от своей творческой траектории.

Текст и вокал. Критики спорят, что Литвинов делает хуже – поет или сочиняет стихи, как будто это имеет значение на фоне того, что оба эти процесса не являются сильной стороной Mujuice. Что касается непосредственно текста, то, наверное, это наглядное проявление закона сохранения энергии в действии – если два с половиной десятилетия назад имел место русский рок с достаточно умными и интересными текстами, но ужасными и бедными аранжировками, то теперь современный русский музыкант умеет делать отличную по новомодным европейским меркам музыку, очень сильно потеряв в текстах.

Но тот самый жидкий хор критиков остается неслышим Литвиновым – очевидно, что он сам получает удовольствие именно от синтеза своей музыки со своим же вокалом, и возможно, где-то боится, что убрав вокальную составляющую, потеряет часть аудитории – ту самую, которая способна воспринимать информацию только облаченную в слова.

Впрочем, за спиной Литвинова вековым утесом маячит авторитетная среди масс  фигура Артемия Троицкого, высказывания и ассоциации которого выдают в нем отчаянное стремление казаться таким же современным, как и музыка персонажей, которым он покровительствует. Кроме того, посредством своих вербальных изысканий он как будто стремится объединить прошлое с будущим, стараясь найти общее в чертах мертвых героев и современных идолов цифрового декаданса.

Хотя сравнение Mujuice с творчеством Виктора Цоя (эй, чуваки с Электрокружка, смотрите, я употребил эти два слова в рамках одного предложения!) можно объяснить логически – во-первых, все стихи, употребляемые Литвиновым в творчестве, имеют строго один размер с фиксированной рифмой, напоминая (и только) чем-то поэзию Цоя (я бы даже сказал, что у Mujuice больше общего с Дельфином, нежели с Цоем), плюс постоянные «юность», «наши сердца», и прочие романтические клише добавляют автору достаточно героического шарма, чтобы стать фигурой эпохи.

А вообще, альбом«Downshifting» с первых же песен кажется растянутой во времени и пространстве «Сайонарой диска» одной группы из Владивостока, считавшейся в конце девяностых символом тогдашнего прорыва отечественно музыки. Пластинка, что ни говори, слушается на отлично, иногда, правда, нет, да проскочит какой-нибудь сомнительный вокальный прием Литвинова, заставляющий скорчить гримасу.

Но походу пора уже мириться со взглядами Ромы и перестать его отговаривать от желания пошептывать в микрофон рафинированный ультра-символизм – многим когда-то не нравился кривляющийся голос Ильи Лагутенко, тем не менее, другого «Мумий Тролля» просто быть не может. «Mujuice»наверное, тоже может быть только таким, каким он есть сейчас.

Новая магия для женщины это juliette has a gun miss charming потому что аромат этих духов неповторим и удивителен.