Конечно, можно долго спорить о том, что при чрезмерном увлечении теорией звукосинтеза теряется грань между искусством и наукой. Противники научного подхода объясняют свою позицию несогласием с имитацией творческого подхода с помощью невиданных, а потому поначалу непонятных научных методов.

Конечно, только избранным удается причислить свою деятельность к искусству, все остальные - лаборанты. Эта позиция во многом отражает проблему противоборства в моей ду?е двух сущностей: как слу?ателю мне более всего важен творческий импульс, способный развить эстетическое восприятие и заставить испытывать волнения, переживания, экстаз и т.д.

Но как музыкальному журналисту мне необходимо знать историю, концептологию и теорию электронной техники в приложении к музыке, чтобы, по крайней мере, не допускать дилетантства и позорных о?ибок в публикациях. ? в первом, и во втором случае приходится идти на пожертвования.

Для слу?ателя музыкальная кухня - не важно, из чего она состоит, из нотной грамоты и изнурительных репетиций или из физических формул, синусоид и сплетения проводов - это спуск с небес на землю, демистификация секрета создания ?едевра.

В то же время, не всякий журналист может заставить себя 45 минут слу?ать одну и ту же фразу или 12 минут слу?ать монотонное гудение.

Сближение науки и искусства только при поверхностном взгляде кажется лазейкой для бездарности. ?менно блистательная интуиция ученого-физика позволила Жану-Клоду Риссе получать чудесный и сложней?ий тембр, названный им “электронными перистыми облаками”. Будь он просто композитором, у него у?ли бы на это годы слепого поиска и пустых расчетов.

Несмотря на то, что нас может поразить произведение, созданное путем неимоверных усилий в 50х годах, мы все равно делаем скидку на условия работы. Но с каждым годом требования к качеству возрастают. Я имею в виду не только качество звука, но и качество всего остального.

Для посредственного музыканта все сложнее становится сделать что-то достойное при “минимуме средств”. Чем вы?е уровень развития технологии, тем легче становится разглядеть посредственность. ? тем ее становится боль?е - возможно, разгадка этого парадокс мне еще предстоит.

Еще одна оборотная сторона усложнения технологии - это увеличение степени абстрактности электронной музыки, что усложняет и разветвляет процессы восприятия. Тем, кому в первую очередь интересно знать, что думал музыкант во время работы, чем руководствовался, что его вдохновляло, следует заметить, что композитора и слу?ателя не всегда можно рассматривать как два равноценных и совместимых звена единой коммуникационной сети.

Если проанализировать акт их взаимодействия с точки зрения формальной психологии (то есть просто не забывать, что это прежде всего люди, а потом уже все остальное), то выясняется, что сложность, о которой мы говорим, обусловлена прежде всего несоответствием их личного опыта. То есть, если опыт музыканта поглощает какую-то часть твоего личного опыта, то ты склонен доверять ему. Если же наоборот, то возможно, тебе луч?е не знать его мотивов.

Ведь помимо человеческого фактора, в творческом процессе важна роль бессознательного, некой выс?ей силы (которая, на мой взгляд, тоже поддается изучению, но значительно труднее). Возможно, это очень примитивное объяснение, но оно проверено неоднократно лично мною и дает основание сделать несколько выводов о механизмах восприятия и о предсказуемости реакции.

Во-первых, мистификация в музыке очень важна. Ничто так не способно подхлестнуть интерес слу?ателя, как густая завеса тайны. ? это вполне естественно - здесь на успех музыкантов играет все: и природное любопытство, и потребность в необычных ощущениях, и масса слухов вокруг всего этого, и т.д. У меня сто раз бывало так, что я так давно хотел услы?ать какой-то альбом и так много времени и сил посвятил его поискам и догадкам, что, когда наконец он ко мне попадает, он заранее мне уже нравится.

? разочарование, даже если оно неизбежно, все равно ничто по сравнению с радостью от сбыв?ейся мечты. ? обратный пример - сколько существует альбомов, которые записывались с небывалой самоотдачей и под впечатлением от великих идей и произведений, вместили в себя несколько лет работы, потребовали от автора признания в очень серьезном отно?ении к работе, но…. никакого отклика в сердце слу?ателя не снискали.

Во-вторых, что есть смысл творчества? Я думаю, что творческий акт можно считать состояв?имся, если он в состоянии пробудить в ду?е людей, к которым он обращен, стимул к их собственному творчеству. Не важно, какого рода - музыка, визуальное искусство, наконец, просто размы?ление и общение - одним словом, желание жить и совер?енствоваться.

Заметьте - при этом никаких конкретных требований ни к предмету творчества, ни к областям, к которым он имеет отно?ение, не предъявляется. Все вы?есказанное говорилось мною исключительно с позиций слу?ателя. Журналистика - это совсем другое дело.

Музыкальная журналистика многими рассматривается (и, к сожаления, часто заслуженно) как средство пропаганды.

Я очень стараюсь на своем журналистском поприще отдавать ведущую роль своей слу?ательской интуиции, и поэтому мои материалы построены таким образом, чтобы заставлять человека задумываться над прикладными областями творчества, используя музыку как ключевой элемент.

Познавать устройство мира с помощью собственных у?ей.